Содержание

Путешествие из Петербурга в Крым

 

Дорога
Рыльск
Граница в Теткино

Евпатория
Достопримечательности
Размещение
Море
Космонавтика
Питание
Эпизод 1:
Преступление и наказание


Симферополь

Ливадия

Инкерман

Севастополь

Эски-Кермен

Эпизод 2:
Тропический ливень

Дорога домой
Полтава

Диканька

Великие Сорочинцы

Миргород
Смоленск

 

Август 2004 г.

Маршрут:

Дорога туда: Кобрино (Лен. область) – Порхов – Вел. Луки – Усвяты – Велиж – Смоленск – Брянск – Рыльск – Теткино – Сумы – Полтава – Кременчуг – Кривой Рог – Н. Каховка – Евпатория.

Дорога домой: Евпатория – Джанкой – Чонгар – Мелитополь – Запорожье – Днепропетровск – ПерещепиноПолтаваДиканькаВеликие Сорочинцы – Миргород – Гадяч – Сумы – Теткино – Рыльск – Брянск – Смоленск – Велиж – Усвяты – Вел. Луки – Порхов – СПб.

Радиальные поездки из Евпатории: Симферополь – Ливадия, Севастополь, Эски-Кермен.

Время в пути: 07 августа 2004 г., 07:00 – 23 августа 2004 г., 01:00.

Протяженность маршрута: 5'850 км.

Автомобиль: VW Passat Variant, 1989 г.в.

Экипаж: Ворчун – водитель; жена Ворчуна – штурман; дети Ворчуна (молодой человек 9-и лет и барышня 4-х лет) – помощники штурмана.

Зачем ехать в Крым?

Этот вопрос часто задают себе те, кто собирается провести отдых на море. Одни находят массу убедительных положительных аргументов, другие их не находят и предпочитают отдыхать за границами бывшего СССР. Этим вопросом, безусловно, задавались и мы. За последние 5 лет мы дважды ездили в Крым, и, признаться, он уже поднадоел... Вот и сейчас мы кладем на одну чашу весов относительный дискомфорт все еще советского юга: неприкрытое желание получить побольше с "курортников", более чем скромные бытовые условия, неторопливое обслуживание, – на другую чашу весов падает дешевизна отдыха. Последний аргумент существенно перевешивает – сейчас мы находимся не в самой блестящей финансовой ситуации, а уложиться в тысячу долларов на две недели вчетвером где-нибудь кроме черноморского побережья нам не представляется возможным...

И далеко не последний аргумент в наших рассуждениях – желание в очередной раз отправиться в путешествие на автомобиле. Так и поступаем.

Дорога

Меня держала за ноги земля,
Голая, тяжелая земля,
Медленно любила, пережевывая.
И пылью улетала в облака,
Крыльями метала облака
Долгая дорога, незнакомая.

Аукцыон «Дорога»

В Крым мы поехали маршрутом имени С.Н. Тихомирова и Н.В. Гоголя с небольшой авторской редакцией.

Давно уже я вглядывался в атлас автодорог России, пытаясь понять, каким образом можно было бы по дороге из Петербурга в Крым объехать Белоруссию и срезать нехилый крюк, который делает Киевское шоссе при заезде к Пскову. И тут очень удачно подвернулась легенда правильной дороги в Крым от Сергея (Tsn) – было решено ее опробовать. Впрочем, дух путешественника-первооткрывателя не позволял в точности ее скопировать, и было принято решение совместить короткую дорогу и культурную программу, а также спрямить невнятный, как мне казалось, переход Богодухов – Перещепино и избежать загруженной "симферопольки" с дачниками, гайцами и экологами.

В тщетной попытке выгадать часок-другой сна и обогнать утренний поток питерских дачников мы решили стартовать с дачи в Кобрино, что на 60 км южнее Петербурга по Киевскому шоссе. Выехали в субботу, 7 августа 2004 года в 7 утра, выбрались на трассу Петербург – Псков и поехали в отпуск, в Крым, к солнцу, морю и песку...

В Лудонях уходим на Порхов – начинается интереснейшая часть пути. Дорога живописнейшая: поля, луга, холмы и речки; спуски, подъемы и крутые повороты; небольшие деревеньки, аисты и домашняя скотинка. Дочка смотрит во все глаза на этот зоопарк, долго спорим с сыном, безуспешно пытаясь доказать ему, что большие неподвижные птицы на крышах домов в псковских деревнях – живые аисты, а не игрушечные макеты, пока, наконец, один из них не вылетает из своего огромного гнезда, лениво взмахивая крыльями... Дорога достаточно извилиста, я, не сбрасывая скорость в поворотах, интенсивно работаю передачами, и дети играют в космонавтов на заднем сидении... Это вам не какая-нибудь тоскливо-прямая федеральная трасса!

Между Павами и Порховом – небольшой участок грунтовой дороги, совершенно не страшный – ну да, трясет, ну да, пыльно, но совсем не долго. Грунтовка кончается аккурат перед Порховом.

Порхов. Перебрались по мосту на другой берег Шелони, мельком взглянули на крепость – и, даже не успев ее сфотографировать, двинули дальше. Впрочем, мы уже сюда наведывались во время нашей поездки в Пушкинские Горы – и тогда крепость была закрыта на большой амбарный замок. Видимо, придется ехать сюда снова.

Волышево – конный завод в бывшей усадьбе графа Строганова. Коней не обнаружено, но загоны выглядят внушительно. Много аистов.

Великие Луки. Большой город (что не удивительно – все-таки второй по величине во Псковской области). Умудрились даже заплутать. Выехали на трассу по подсказке водителя маршрутки.

Смоленск проехали по объездной в точном соответствии с указаниями Тихомирова. Успешно.

Рославль. Ехали через центр. Достопримечательностей не обнаружено (но они где-то есть: в путеводителях упоминается Спасо-Преображенский монастырь и немного архитектурных памятников XIX в.).

Брянск – большой город, но, сильно разрушенный во время последней войны, восстановлен большей частью в убогом советском стиле.

Заметки на полях

О классике:

В дорогу мы взяли с собой несколько кассет с классической музыкой. Дети присмирели на заднем сидении и затихли под аккорды замечательных композиторов. Классика действует на наших сорванцов, как дудочка на кобру.

О названиях н/п:

Андромер – здесь, очевидно, производятся определенные измерения. Не соответствующих стандарту ссылают в Недомерки.

Монаково. Понятно, что произносится с ударением на предпоследний слог, но когда смотришь на указатель, поневоле хочется прочитать его в честь небольшого княжества в Европе.

А на Брянщине есть село Казенное-Узкое, честное слово!

В селе Зайцы-Други меня обогнал тамбовец – тамбовский волк ему товарищ. А жителям села друзья – зайцы.

Замеченные, но не посещенные интересности:

Овстуг – 35 км до Брянска: музей-усадьба Тютчевых.

Мемориальный комплекс Партизанская Поляна – в 5 км после Брянска по киевской трассе.

* * *

На выезде из Брянска – памятник шоферам Великой отечественной. Читал, что при прохождении принято почтить их память длинным звуковым сигналом. Почти никто не гудел – лишь я да пара машин издали скромный гудок...

М3 – дорога Москва–Киев. Плиты бетонки кое-где вздыбились и неприятно бьют по подвеске, тем не менее можно держать приличную скорость. По дороге туда нарвался на поголовную проверку документов (включая техосмотр и страховку) на посту у поворота на Севск. На обратном пути попался у поворота на Локоть. Мерили скорость на прямом участке трассы. Мне насчитали 124 км/ч, что было похоже на правду.

Дорога перед Рыльском в сгущающихся сумерках оставила, пожалуй, самое неприятное впечатление первого дня: без разметки, достаточно извилистая, да еще и с политым мелким дождичком лобовым стеклом – ничего не видно! Порой ехал на ощупь, периодически съезжая на обочину и пропуская вереницы комбайнов – началась страда.

Рыльск

Ознакомительная поездка по городу была комбинирована с ночевкой. Интересный город, провинциальный, но совсем не спящий – вечером все укромные уголки наполнены сексуальной энергией курсантов и их подружек. Оказывается, город невест – вовсе не Иваново (там я вообще никого, кроме монашенок и нетрезвых мужиков, не наблюдал), а совсем даже Рыльск. Видимо, у поэта-песенника название города в размер не подошло. Толпы юных девиц на центральных улицах в вечерних сумерках меня просто потрясли! Откуда? Ответ на этот вопрос нашелся в интернете:

Особенностью города Рыльска является то, что из 19 тысяч городского населения четвертую часть составляет молодежь – учащиеся совхоза-колледжа им Ф.Д. Кулакова, педагогического, медицинского училищ и авиационно-технического колледжа Гражданской авиации.

В гостинице при авиационном колледже мы и остановились на ночлег. Она представляет собой бывшее общежитие для курсов повышения квалификации (несколько приличнее обычной студенческой общаги), даже есть несколько люксов/полулюксов. В люксе (1'320 руб/номер) мы и расположились: две комнаты, три кровати и диван, телевизор, холодильник, санузел в номере. О качестве сантехники деликатно умолчу, все остальное – вполне прилично.

Устроившись, пошел за пывом, снять накопившуюся за день усталость. Дорога шла через жутковато-неосвещенный Парк культуры и отдыха. Насчет культуры ничего не скажу, но отдых рыльской молодежи удается, судя по всему, на славу – на всех скамейках обнимающиеся парочки, во всех кустах – шорохи. «По любви или насилие?» – «По любви», – отвечает мужской голос...

Возвращаюсь обратно с «трофеями». На ресепшн переминаются с ноги на ногу два юных курсанта: «Пустите нас вчетвером в двухместный номер?» – «Ладно, идите, только чтоб девчата вели себя прилично», – привычно отвечает всепонимающая администраторша. Курсанты прытко убегают за девчатами...

Проснулись не рано – солнце уже поднялось высоко над горизонтом. Позавтракали припасенными бутербродами и кофеем (всегда возим с собой электрический чайник) и вышли к машине. Освещенный солнцем Рыльск показался просто прекрасным – островерхие колокольни, большая (правда, сильно обглоданная) церковь рядом с техникумом (предположу, что сам техникум размещается в зданиях бывшей духовной семинарии), напротив – памятник мореплавателю Шелехову.

Григорий Иванович Шелехов (1747–1795) (в некоторых источниках – Шелихов) – уроженец Рыльска, еще в юности отправился осваивать богатства Сибири. Осел в Иркутске, откуда и отправился на исследование берегов Америки. Основал первые русские поселения на Аляске, учредил "Российско-Американскую компанию", контролировавшую торговые отношения Русской Америки и метрополии.

На пьедестале выбиты строки из стихотворения Г. Державина: "Проплыл моря, открыл страны безвестны".

Памятник Шелехову в Рыльске был установлен в 1903 году, после реставрации перенесен на новое место, где он, на мой взгляд, совсем не к месту – эта площадь уже занята памятником воинам Великой Отечественной. Неужели во всем Рыльске иной площади не нашлось?

Рыльск расположен среди холмов на Сейме. В силуэте города доминируют островерхие колокольни. В XII—XIII вв. существовало самостоятельное княжество Рыльское. В XIV в. оно отошло ко Льгову, а с 1522 г. Рыльск входит в состав Русского государства.

В западной части города находится высокая гора Ивана Рыльского — легендарного святого, жившего в Болгарии в IX веке, который, следуя по торговому пути из Булгара в Киев, останавливался здесь и, по легенде, заложил на самом высоком месте небольшую молельню. Он помогал великому князю киевскому Владимиру в крещении Руси. На горе находится древняя крепость-замок. Здесь когда-то была стоянка первобытного человека.

Из архитектурных памятников в городе сохранились Никольский монастырь (XVIII в.). Троицкая церковь (1747 г.), Покровский (1822 г.) и Успенский (1811 г.) соборы, торговые ряды (начало XIX в.), дом воеводы (“Дом Шемяки”), дом Петра I. Значительный интерес представляют предметы старины и произведения искусства, хранящиеся в местном краеведческом музее.

Домик Петра I
(здесь царь останавливался после полтавской виктории в 1709 году)

Охранник училища, сменившись, напрашивается к нам в гиды, и я зачем-то соглашаюсь. Через минуту мы штурмуем гору Ивана Рыльского... Я никогда не боялся горных дорог, крутых подъемов и головокружительных спусков, но тут струсил – доехав до половины, я, испугавшись слишком задранного вверх носа "корабля", съезжаю обратно задним ходом...

Поклонный крест на горе Ивана Рыльского.

Неприятно взбодренные этим небольшим приключением, мы спешим к границе.

Граница в Теткино. 11 утра и несколько машин. Русские заставляют заполнять декларацию. Заполняю, подъезжаю к стоп-линии, стою, жду. Пограничник (зачем-то с автоматом) ходит туда-сюда (с автоматом!) и не обращает на меня никакого внимания. Стою, жду – может быть, зря? Точно, зря! Подъезжаю к будочке. Пограничник (с автоматом) резко выходит из коматозного состояния и набрасывается на меня (с автоматом!) с криками: «Куда едешь! Нарушитель государственной границы! Сейчас придет инспектор и покажет тебе кузькину мать!». Страшно, аж жуть! Сидим с женой в машине, пряча улыбки. Подходит таможенник. «А это – нарушитель!» – торжествующе обращается к нему пограничник-с-автоматом, указывая на меня. «Дык товарищ инспектор, я долго смотрел на пограничника, и мне показалось, что он мне подмигнул. Вот я и подъехал,» – объясняю я, безуспешно пытаясь скрыть стебучее настроение. Жена делает насколько возможно простодушное лицо и ослепляет его лучезарной улыбкой. Таможенник смотрит на нас с ленинской хитрецой в глазах (экспроприировать экспроприированное или просто пожурить?), почему-то решает лишь пожурить, ставит печать в декларацию... и все-таки колеблется: "Откройте багажник!". Открываю. Он смотрит – а вдруг там есть что-нибудь, подлежащее немедленной экспроприации? Нет, не находит. "Счастливого пути и впредь будьте внимательнее!" Закрываю багажник, трогаюсь... Хлоп! Стреляют в спину?

Нет, это открылся багажник... Несколько сумок вываливаются на дорогу. Останавливаюсь, собираю сумки. "Я же сказал, будьте внимательнее," – смеется таможенник. Ему хорошо – он смеется последним.

Украинская граница. Перед въездом под шлагбаум на нейтральной полосе водитель фуры из города Сумы поставил рядом два грузовика, чтобы поменять аккумулятор. На мой вопрос: «Как бы нам разъехаться?» – он бурчит что-то неприличное. Хам! Объезжаю его по полю.

Украинцы заставляют заполнять иммиграционные карточки, причем пограничник у первого шлагбаума с удовольствием поможет их заполнить: "Там есть определенные тонкости;-)" – за вполне определенное вознаграждение. Тонкостей не находим, 100 рублей за подобную ерундовую консультацию платить ни чему, заполняем их сами. Пограничник проверяет карточки и поднимает шлагбаум. Въезжаем в таможенную зону. Таможенник вполне конкретен: "Декларироваться будем?" – "Мне нечего декларировать!" Второй таможенник бормочет мне на ухо: "Чтобы не декларироваться, надо бы... это... оказать материальную помощь таможне". Заполнять украинскую декларацию нет ни малейшего желания – 100 рублей покидают мой бумажник. Иммиграционные карточки и загранпаспорта проштампованы, шлагбаум поднят – Украина. Ласкаво просимо!

Сумы. Впечатлен! Пару лет назад, проезжая Сумскую область по раздолбанным дорогам, мы были неприятно удивлены: "...ощущения от всей Сумской области – нищета и убогость. Даже украинские села, столь праздничные и сытые в Приднепровье, здесь больше походили на своих убогих российских собратьев – покосившиеся заборы, некрашеные стены и провалившиеся крыши". Центр же области, произведшей на нас тогда столь мрачное впечатление, оказался полной ей противоположностью: вполне европейский город с оживленным движением, яркими фасадами, ухоженными центральными улицами, фонтанами и вкусными запахами многочисленных ресторанчиков (время, видимо, подошло к обеду). Повсюду плакаты, смысл которых сводится к следующему: "Чтобы город процветал, надо платить налоги": Щоб мiсто сквитало – плати податки! Судя по процветанию Сум, реклама такого рода более эффективна, нежели пугающая российская про бессонницу как тяжкое последствие неуплаты налогов...

Ахтырка. Указатели уводит куда-то за задворки. Наверное, висят для отвода с главной улицы тяжелых транзитных грузовиков. Мне показалось, что правильнее было бы ехать прямо.

Здесь мы расстались с легендой Тихомирова и поехали в Полтаву. Нам захотелось взглянуть на гоголевские места Полтавской губернии (Диканьку, Сорочинцы, Миргород и прочее). Однако в мозгу глубоко засела идея доехать-таки до Крыма в два дня без ночных переездов. Поэтому запланированные до выезда достопримечательности вроде Порхова, Полтавы и окрестностей были безжалостно вычеркнуты по мере продвижения к морю. Довольствовались лишь проездом через центры городов, тщательно избегая знака Tранзитному транспорту => @.

Полтава. Ожидал большего, предвкушая обилие исторических зданий в таком исторически важном городе. Обилия не наблюдали, из-за чего слегка разочаровались. Забегая вперед, замечу, что на обратном пути нам удалось познакомится с Полтавой намного ближе и узреть, наконец, историчность. Сейчас же мы лишь протранзитили город по центральным улицам, поглядывая по сторонам – очень много покосившихся деревянных двух- и трехэтажным домишек, соседствующих со сталинской застройкой и промышленной архитектурой.

Выезд из Полтавы запомнился каким-то бесконечным плутанием по задворкам мимо ангаров, складов и гаражей по раздолбаннейшей дороге. Ползли медленно, нерешительно переступая через канавы и ямы, и матерились из-за того, что отклонились от легенды Тихомирова ("он-то не дурак, чтобы лезть в такие непроходимые места"). И вдруг – о, чудо! – мы увидели знак "Уступи дорогу", за которым машины неслись с совершенно нехарактерной для такой разбитой дороги скоростью. Высовываюсь под знак, поворачиваю направо и с радостным вздохом облегчения выезжаю на отличную дорогу Полтава – Кременчуг. Подозреваю, что знаки на выезде из Полтавы загнали нас на очередную объездную для транзитного транспорта.

После Полтавы упали камнем вниз (если смотреть на карту, разумеется) на Кременчуг – Кривой Рог – Новую Каховку – Чаплинку – Армянск – Евпаторию.

Кременчуг. Большой промышленный город, достопримечательностей не наблюдается. Но сюда стоит заехать ради роскошного вида на Днепр, открывающегося с огромного моста.

Александрия. В отчетах автопутешественников неоднократно наталкивался на сетования по поводу сложности ориентирования в этом городе. Признаюсь честно, относился к таким отзывам с чувством превосходства – мне-то уже удавалось пересечь его без каких-либо затруднений. За высокомерие был наказан судьбой – заблудился сразу при въезде. Впрочем, не сильно – я ехал все время прямо и всегда куда-нибудь приезжал (совет вычитан в "Мертвых душах" Николая Васильевича. Пардон, я опять забегаю вперед – с Гоголем мы увидимся на обратном пути).

Итак, мне куда-то удалось выехать из Александрии. До сих пор вспоминаю эту дорогу с непреодолимым желанием поежиться – [...] цензурных слов для описания этого безобразия у меня не найдется. Через пять-десять километров, которые я буквально полз, судорожно пытаясь сообразить, не стоит ли нам вернуться и ехать через Пятихатки или на худой конец через Желтые Воды с их огромными дырами в асфальте – но так и не решился в тщетной надежде, что дорога рано или поздно улучшится. Наш путь лежал в сторону Петрово.

Дорога, действительно, вскоре стала получше. Можно было ехать 60 км/час. Негусто! Так доползли до Петрово. Название, очевидно, восходит к первому дорожному строителю города, Петру I, не иначе. С тех пор дороги в этом городишке не ремонтировали. "Увага! Аварийный мост". Потом пошла... брусчатка. Я даже засомневался, а дорога ли это. Обратился за подсказкой к едущему мне навстречу велосипедисту: "Скажите, а эта дорога выведет нас в Кривой Рог?" – "Да, – было мне ответом. – Йизжайтэ по цей дорозе, вина пийде-пийде влево, та на Кривый Рих". Эх, малороссийская речь! Слушал бы и слушал. Впрочем, надо ехать. Благодарю дядьку, и мы продолжаем наш тоскливый маршрут среди украинских полей. Дорога, действительно, через какое-то время улучшается, но остается достаточно узкой, с сильно потрескавшимся асфальтом, и скорость в 90 км/час здесь является более чем естественным ограничением.

* * *

В детском саду дети вдруг стали дружно ругаться матом. Воспитатели в растерянности, заведующая в ярости. Проводится служебное расследование. Выясняется, что накануне детский сад посетили электрики. Их разыскивают. Один из них кается: "Это я во всем виноват – во время пайки я пролил расплавленное олово прямо за шиворот своему товарищу." – "И что вы на это ответили?" – обращается заведующая к его напарнику. "Ну, я ему и говорю, – отвечает другой. – Петров, разве ты не видишь, что расплавленное олово капает за шиворот твоему товарищу?"

Старый анекдот

Кривой Рог. Кривая дорога. Ужасы путешественников при попытке с наскока проехать через город не выглядят паникой и преувеличением. Но я-то уже благополучно проезжал его в позапрошлом году! С решительностью ныряльщика мы вбрасываемся в криворожские улицы. Начинается дождь, но солнце, по счастью, пробивается сквозь тучи. Пока можно контролировать направление. Нам на юг. Едем. Дождь усиливается. Дворники уже не справляются. Дороги искривляются, и туда ли мы едем, не знаем. Выезжаем на площадь с круговым движением. Она, наверное, находится в низине, и сюда стекла вода со всех выходящих на нее улиц. Поток нерешительно замедляется – не все рискуют влезть в воду по самое брюхо. Кое-кто из смельчаков глохнет и с криками и какой-то матерью вываливается в огромную лужу по самую щиколотку. Страшно! Помолясь, выезжаю на площадь и я. "Только бы не въехать в какой-нибудь открытый люк!" – я стараюсь идти в кильватере впередиидущего автомобиля. Едущая нам навстречу маршрутка глохнет и останавливается – а у нее-то посадка повыше моей! Матерясь про себя и проклиная тот час, когда дух первопроходца не к месту заставил нас отклониться от легенды Тихомирова и переться через этот Кривой во всех смыслах Рог, мы, наконец, продираемся сквозь толщу воды и выплываем на сухую дорогу. Солнце впереди – нам туда. Едем, пока не упираемся в железную дорогу. По карте видно, что она пересекает город с запада на восток, значит, нам нужно найти переезд. Куда ехать, направо или налево? Указатели на Днепропетровск, что на востоке, и на Кировоград, что на западе, есть. Но нам-то нужно на юг! И, естественно, никаких щитов с надписями типа "Крым", "Новая Каховка" или, на худой конец, "Нововоронцовка", нет и в помине. Приходится выбираться на ощупь.

Сначала мы едем вдоль железки строго на запад, потом мне это надоедает, и я разворачиваю машину на восток. Штурман уже не смотрит ни в карту, ни на распечатки, ни на солнце, пни и муравейники; водитель получает мягкий укор: "Дорогой, разве ты не видишь, что отклонение от маршрута, любезно предложенного нам Сергеем Тихомировым, существенно увеличивает время в пути?". Говорят, правда, что в детских садах Кривого Рога дети до сих пор дружно матерятся...

Водитель, вдвойне пристыженный столь мягким укором, вдруг замечает виадук, ведущий через железную дорогу в нужном направлении. Радости путешественников не было предела! Бодро перескочив через виадук, мы наконец-то увидели указатели. Один из них гласил "Мартеновские печи", другой "Сталепрокатный цех". Виадук вел к проходной местного сталелитейного гиганта "Криворожсталь". И никуда более!

Возвращаемся. Продолжаем движение вдоль железной дороги. Еще один переезд, но радоваться не спешим. Снова пересекаем железку. Дорога ведет нас мимо огромных цехов "Криворожстали". Кто-то где-то стучит могучим паровым молотом, из огромных труб, нависающих над дорогой, с ужасающим свистом вырываются клубы пара. Местами земля докрасна проржавела от металла. Любимые голливудскими режиссерами сцены утопления роботов в чанах расплавленного металла – жалкая пародия на то, что предстает случайному путнику меж стен криворожского гиганта. Никогда не был сторонником техногенного туризма, но Криворожсталь оставила, пожалуй, самое сильно впечатление по дороге на юг.

В общем, выехали мы из Кривого Рога и, на всякий уточнив направление движения на бензоколонке, с радостью устремились к морю. Последний рывок. До Евпатории еще 360 км.

В это время нам позвонили наши родственники из Евпатории. Цены на жилье стремительно растут. Им удалось зарезервировать последнюю двушку за более-менее вменяемые деньги (25 долларов в сутки). Обещаем быть через 4-5 часов. Времени уже 6 вечера...

Дорога Кривой Рог – Нововоронцовка – Новая Каховка нам была известна – мы уже ездили здесь два года назад. Правда, в прошлый раз мы ехали по ней ночью, и сейчас, в еще не поздний вечер, я надеялся быстро наверстать упущенное. Не тут-то было!

До Нововоронцовки доскакали относительно легко. Двухполосная дорога не сильно загружена, но на изгибах местные шумахеры пытались идти на обгон в закрытом повороте. Несколько раз оттормаживался в пол и неистово сигналил. Только без толку... После Нововоронцовки дорога пошла в гору. Начинался дождь, наверное, тот самый, который уже неплохо намочил нас в Кривом Рогу. У дороги – щит: "Увага! Рух транспорту по чему-то там Каховской ГЭС заборонен".

– Смотри, дорогая, – радостно обращаюсь я к жене. – Я уже неплохо понимаю украинский. На знаке было написано: "Движение транспорта по плотине Каховской ГЭС запрещено". – ЧТО?!?!

Каховская ГЭС – единственная переправа, соединяющая берега Днепра на нашем пути... Судорожно разглядываем карту. Ближайший мост в Херсоне (плюс 70 км в одну сторону). Попали!

Тут я вспоминаю, что за несколько недель до нашей поездки в конференции проскакивало сообщение об этом важном событии. "А я взял и проехал по плотине. С одной стороны вода, с другой стена. Страшновато," – написал тогда путешественник. Что ж, нам, видимо, придется поступить также. В крайнем случае поедем через Херсон. Других вариантов нет.

Тем временем мы взбираемся на гору. Нам открывается величественная картина: далеко впереди, наверное, там, где широко разлился Днепр, черное небо ежеминутно рассекают тонкие полоски молний. Каких только там не было цветов – ярко-белые, желтые, красные, розовые, синевато-зеленые! Эти разноцветные ниточки беззвучно резали небо на клочки, освещая дали грозными секундными вспышками, и наша дорога лежала прямо в эпицентр этого безумия стихии!

"Ничего, такой ливень быстро пройдет," – успокаивал я себя и спутников. Ничего подобного! Облака, очевидно, несколько лет копили в себе воду и решили продемонстрировать свою могучую емкость именно перед нами. Нашу машину захлестнули такие потоки воды, что не видно было вообще ничего. Две узенькие резиночки стеклоочистителей явно были бессильны против такого напора. Мы ползли со скоростью пешехода, и невозможно было рассмотреть что-либо кроме двух еле заметных красных лампочек впередиидущей машины. Встречные превращали своими фарами водяную стену в ярко-белую пелену, и сказать, что ничего не было видно, значит, не сказать ничего.

"Ничего, такой ливень быстро пройдет," – продолжал успокаивать я себя... Прошел, по меньшей мере, час. Дождь и не думал затихать. В тщетной попытке хоть как-то улучшить видимость я выскочил из машины и полил на стекло какой-то дрянью для мытья окон. Стало еще хуже. Дворники не справлялись... Стоп, это я уже писал. Так прошло еще... очень много времени. К 11 вечера мы доползли до поста ГАИ у Новой Каховки.

"Скажите, – бросился я к гаишникам, – а через плотину можно проехать?" – "Да убери ты свою машину с дороги! Въедет же кто-нибудь в зад по такой погоде. Езжай смело!".

Кидаюсь к машине, ухожу по знаку на Н. Каховку, как раз под щит, запрещающий "рух транспорту". После моей пробежки стекло стремительно запотевает. Приоткрываю окно – и тотчас получаю в салон ведро грязи из-под колес встречного. Моему сыну, сидевшему за мной, не повезло больше всех. Благо, что в универсале багажник доступен из салона – сразу переодели...

Новая Каховка. Жуткий дождь и ремонт плотины. По ней можно ехать только в одну сторону. Реверсивное движение регулируется тормозным светофором. Очередь такой длины, что здание ГЭС растворяется в ночной темени. Стоим минут двадцать, пропускаем бесконечный поток встречных. Наконец, трогаемся. Поток не очень расторопен – не все в силах справится с габаритами своих машин, пытаясь протиснуться между стеной электростанции и ограждением, нависающим над бушующими потоками воды далеко внизу. Судорожно вглядываюсь в темноту – Днепра не видно, лишь мощный гул водостока перекрывает шум моторов. Уф, проехали!

"Рано радуетесь," – подумал дождь и призвал на помощь тучи из резерва главного командования. Помните, я вам говорил, что тот дождь, который застал нас перед плотиной, был ужасным? Так то был еще марципанчик... Крадемся в Чаплинку. При разъезде со встречными я практически останавливаюсь – ВООБЩЕ ничего не видно.

Дождь угомонился лишь у Чаплинки. Заправляемся.

Армянск, оплата курортного сбора. От основной дороги сделано ответвление, там стоят будочки – точь-в-точь как при въезде на платный автобан. Дело поставлено на поток. Дождь лишает нас сил к борьбе за 10 гривень (55 рублей), мы безропотно оплачиваем курортный сбор, получаем чек и въезжаем в Автономный Крым. Ура!

Далее все тривиально – Красноперекопск, поворот на Раздольное, собственно Раздольное, Воронки, Столбовое, Победное, Евпатория. В Евпаторию мы въехали в час ночи. Нас, слава Богу, ждали.

Мы разместились на ночлег, я отогнал машину на парковку, и мы начали вторую часть отдыха – курортную.

Резюмируя маршрут, скажу, что основной минус – проезд по крупным городам вроде Кременчуга (не очень сложно) и Кривого Рога (не без путаницы). Узкое место (в прямом смысле слова) – ремонт плотины Каховской ГЭС.

Подробно о маршруте можно почитать в специальном Листке штурмана (см. "Приложение к Отчету").

Керкинитида – Гезлев – Евпатория

Путешествие длиной в две с половиной тысячи лет

Необходимость для законодателей путешествовать после утверждения каждого нового закона очень оживила Грецию.

Целые толпы законодателей посещали то одну, то другую соседнюю страну, устраивая нечто вроде современных нам экскурсий сельских учителей.

Окрестные страны шли навстречу законодательским нуждам. Они выдавали удешевленные круговые билеты (Rundreise), делали скидки в гостиницах. Соединенная лодочная компания с ограниченной ответственностью "Мемфис и Меркурий" возила экскурсантов совсем даром и только просила не скандалить и не сочинять во время пути новых законов.

Таким образом греки знакомились с соседними местностями и устраивали себе колонии.

Всемирная история, пересказанная Сатириконом

2500 лет Евпатории исполнилось аккурат в 2003 году. Видимо, это было «симметричным ответом» Украины на празднование 300-летия Петербурга. Говорят, что Академия Точных Наук Украины с точностью до дня рассчитала ту дату, в которую на благословенную землю Крыма ступила нога древнегреческих поселенцев и основала Каркинитиду. Ученые считают, что городу было присвоено имя древнегреческого предводителя Каркина, но не имеют единого мнения насчет того, почему же впоследствии город стал называться Керкинитидой.

На этот счет я выскажу следующее предположение:

Древнегреческие мореплаватели Каркин, Палкин, Галкин, Малкин, Чалкин и старик Залкинд долго и беспонтово бороздили волны Понта Эвксинского (Черного моря по-нашему), пока, наконец, не увидели прекрасные ложбины, полные рек, просторные долины, полные лесов, в которых, как водится, водилось много дичи. (Дичь, естественно, была вскорости истреблена, леса вырублены, реки выпиты. Но это произошло уже позже, при скифах).

Первым на берег успел соскочить Каркин. Вторым прибежал толстяк-кларнет из древнескифского духового оркестра.
– Место занято, – хмуро сказал Каркин.
– Кем занято? – зловеще спросил кларнет.
– Мною, Каркиным.
– А еще кем?
– Галкиным, Палкиным, Малкиным, Чалкиным и стариком Залкиндом.
– А Елкина у вас нет? Это наше место.
С обеих сторон приблизились подкрепления. Справа сверкала медь и высились хоть и древние, но рослые скифы. Солнце тысячу раз отразилось в боевых доспехах.
Темно и тускло выглядело бронзовое убранство еще более древних греков.
– Это еще что! – злобно рявкнул Каркин.
– Протри глаза, чучело гороховое! – огрызнулся кларнет. – Людей ты, что ли, не видел?
Каркин словно только этого и ждал.
– Людей-то я видел, – сказал Каркин, – но разгуливающую пивную бочку вижу впервые.
Толстяк не полез в карман за словом:
– Знаешь что? Пошел бы ты к себе – в зоопарк! Мечтательным кенгуру нечего шляться по улицам!
– Топай, топай, псих несчастный, недоносок семимесячный, – сказал Каркин и благословил его жестом. Но тот не внял словам древнего грека.
– Пусть тебе впрыснут бетон в мозги, идиот морщинистый, болван собачий! – продолжал лаять скиф.
– Плоскостопый декадент!
– Вылинявший какаду!
– Безработный мойщик трупов! Ходячее кладбище бифштексов! – выплеснул Каркин. И вот тут скиф просиял.
– "Ходячее кладбище бифштексов" – это здорово! – сказал он. – Такого еще не слышал. Включу в свой репертуар! До встречи...
Он вежливо приподнял шляпу, и стороны расстались, преисполненные уважения друг к другу.

Древнегреческие мореплаватели начали было праздновать победу, но сомнения внес старик Залкинд:
– И шо-таки мы будем праздновать?
– Как шо? – передразнил его Каркин. – Естественно, основание нового города.
Приосанившись, он гордо выставил вперед ногу и сказал:
– Здесь будет город заложен назло надменному соседу.
– И как-таки мы его назовем? – продолжал ехидничать старик Залкинд.
– Естественно, Каркинитидой! – надменно ответил Каркин.
– А почему это Каркинитидой? И ви-таки хотите сказать, шо род Каркиных древнее рода старика Залкинда? Мне-таки хочется на вас смеяться!
Тут вмешались остальные:
– Назовем город Галкинитидой!
– Палкинитидой!
– Малкинитидой!
– Чалкинитидой!
Скандал был прекращен личным вмешательством председателя тиражной комиссии, проходящего мимо старого волхва Рудого Панько:
– Оцэ, дывлюся я на вас, хлопци, ну як булы вы, дрэвны грекы, демагогамы, так и осталыся. Нэ то шо ось, у менэ: шо не зъим, то покусаю. Назовите-ка вы цэ мисто на наший ридний, соловъиний мови Керкинитидой та нэ ругайтэся!
– Да ложил я на вас, козлов! – не унимался Каркин.
– Гёзлёв? – переспросили подоспевшие турки. – Курка, яйки, бистро! Кто есть Гёзлёв? Гёзлёв будет секир башка!
– Ладно, ладно, – угомонился Каркин. – Хоть горшком назови, только в печь не ставь.

Но распря на этом не кончилась – мимо как раз проходили русские во главе с князем Долгоруким и Митритад Евпатор со своими воинственными киммерийцами.
– Тикайте, хлопци, I’ll be back, – успел шепнуть грекам Рудый Панько и быстро ретировался за Днепр. Греки поняли намек и сразу свалили за Балканы. Турки затаились в кустах.
Долгорукий остался один на один с Евпатором.
– Знаешь, что, – предложил Долгорукий. – Давай этот город назовем твоим именем и отдадим его нам, а?
Евпатор задумчиво почесал затылок.
– Не, на это я пойтить не могу. Мне надо посоветоваться с шефом.
– С Михал Ивановичем ?
– С Михал Ивановичем!
– Ранен он. В Кутузовке, за перевалом. Абдулла ядром в голову попал.
– Этот, что ли? – Евпатор недобро покосился в сторону кустов, в которых засели турки. Турки поняли, что запахло жареным, и послали за подмогой.
– Что-то шавермой запахло... – задумчиво произнес Евпатор.
– Ты это, рака за камень не заводи. По рукам, что ли?
– Ну, уговорил, черт языкастый, – согласился Евпатор. – Мое имя, твой город. И смотри не перепутай, Кутузов!
– Долгорукие мы! – обиделся князь. – И руки у нас длинные! Так что это, дуй давай!
Евпатор достал из кармана казацкую люльку мира и подул в нее.
– Ты не дуй давай, а давай дуй отсюда! – рассердился Долгорукий.
Евпатор понуро поплелся к себе, за Боспор.
– Чувствую, что дурят нашего брата эти русские, а в чем – не пойму, – бормотал он.

Не успели русские растопить баньку, как на берег высадились англичане с французами. Из кустов вылезли обрадованные турки:
– А вот и подмога! Мочи гёзлёв!
Долгорукий быстро скомандовал отступление. Русские долго отступали. Досадно было. Боя ждали. Ворчали старики:
– Не смеют, что ли, командиры, чужие изорвать мундиры о русские штыки?
Французы тем временем переругались с англичанами, припоминая им столетнюю войну. Англичане же, напротив, столетнюю войну вспоминать не хотели, и за это ужасно злились на французов. Поругавшись немного, они для приличия поискали «гёзлёв», которых так хотели замочить турки, но никого не нашли и уплыли восвояси. Турки тоже никого не нашли и уплыли вслед за подмогой.
В эту минуту как раз проходил мимо председатель тиражной комиссии, старый волхв Рудый Панько.
– О, цэ ж Йевпатория! – сказал Рудый Панько и водрузил жовто-блакитный флаг на крышу одного из домов. – Хай живе ридна Украина! А кацапы нехай к нам сюды як на курорт йиздят.

Через некоторое время из отступления вернулся князь Долгорукий со своим войском.
– О, это же курорт! – обрадовался Долгорукий. – Сюда и будем ездить.

Так и повелось.

 

Евпатория

О достопримечательностях:

Итак, Евпатория отпраздновала свое 2500-летие. В городе появились кое-какие изменения.

Во-первых, восстановили Гезлевские ворота бывшей крепости. Чтобы понять, откуда они взялись, необходимо сделать совсем коротенький экскурс в историю Евпатории (тем более что я не нашел внятных упоминаний о Гезлевских воротах в открытых источниках).

Евпатория. Свеже(-вос-)созданные Гезлевские ворота.

После череды завоеваний Крыма здесь, наконец, обосновались турки и татары. В XIV веке на месте разоренной Керкинитиды возникает новый город – Гезлев. Он укрепляется стенами; в город ведут многочисленные ворота. Крепость разрастается и постепенно становится одним из наиболее укрепленных оборонительных сооружений полуострова. После падения Крымского ханства и опустошительных походов графа Миниха некогда крупный город приходит в запустение и упадок. Пытаясь как-то исправить ситуацию, российские власти бросают клич европейцам, дескать, приезжайте к нам пожить, будем безмерно рады! Тем, кому жить негде, дозволяется разобрать на камни бывшие городские стены (комитетов по охране памятников в те годы, разумеется, не существовало). Так крепость была банально разобрана на стройматериалы в начале XIX в.

Сегодняшние "воссозданные" ворота – в чистом виде новодел. Но, отдавая должное архитекторам, замечу, что они великолепно вписываются на площади перед текие дервишей.

Кстати о текие: это мусульманский монастырь, уникальное сооружение, в существовании коих в Европе я сильно сомневаюсь. Впрочем, я уже подробно описывал этот архитектурный комплекс в отчете о путешествии 2002 года. Изменения затронули и его: отреставрировали медресе, но закрыли доступ на территорию монастыря. Якобы падает минарет. Наиболее настойчивых отправляют за разрешением в администрацию города. Почему-то не захотелось туда идти.

Евпатория. Свежеотреставрированное медресе.

Медресе – это мусульманское богословское училище. До революции в Евпатории таких было 33. Это здание – единственное, пережившее катастрофы XX века. "Здание медресе в ансамбле «Текие-дервиш» вскоре после аннексии было закрыто, там была устроена кофейня, в советский период в нем сделали «Чайную». В 80-х годах XX столетия археологи Крыма решили для себя построить гостиницу, пристроили второй этаж. В таком виде представлен ансамбль «Текие-дервиш»," – пишет об этом крымский историк Алифе Яшлавская, автор книги "Гезлевские «Текие-дервиш»". Сама она ныне обретается в отреставрированном здании медресе. Пару лет назад, когда мне удалось попасть в текие, Яшлавская с видимым удовольствием проводила экскурсии по монастырю. В обветшавшем медресе в жутких условиях жили реставраторы: железные кровати, минимум мебели, облупившаяся штукатурка... Сейчас, когда в окнах медресе появились стеклопакеты (да и интерьеры, судя по всему, удалось привести в порядок), крымско-татарские реставраторы устроили здесь гостиницу для себя. Вход на территорию ансамбля опять закрыт. История повторяется.

Впрочем, довольно о достопримечательностях (тем более что я их уже подробно описывал). Вернемся к делам житейским.

О жилье:

В 2004 году Крым постиг небывалый рост цен недвижимость вообще и на размещение "курортников" в частности. Нам удалось буквально выхватить (и то благодаря помощи родственников) последнюю двушку за более-менее вменяемую цену (25$/сутки). Находилась она в районе новостроек на пр. Победы, достаточно далеко от моря. Это обстоятельство, впрочем, нас абсолютно не смущало – мы были на машине и ездили купаться подальше от Евпатории, тем более что городские и близлежащие пляжи были переполнены отдыхающими.

О море:

Быть в Крыму и не побывать на море, наверное, так же странно, как и сходить в баню – и не помыться.

Море – живой организм. Никакие бассейны с имитаторами океанской волны, паро- и дизель-генераторами не сравнятся с восторгом от погружения в соленую воду. Не знаю, есть ли что прекраснее мгновения, когда разомлевшее на жарком солнце тело обволакивается бурлящими потоками огромного океана, давшего жизнь всему живому, где каждая частица связана с миллионами других частиц в разных концах земного шара, где земля, вода и воздух уживаются вместе и нет места лишь огню. Но стоит лишь вынырнуть – и палящее солнце напоминает о единстве всех стихий... Стоп-стоп-стоп, что-то меня понесло. Очевидно, давно не был в отпуске и уже успел соскучиться по морю. На самом же деле после трех окунаний становится нестерпимо скучно, и еще раз приходится убеждаться в отстойности пляжного отдыха. Единственное исключение – шторм на море!

Шторм на море – это восторг! Волны так и норовят сбить с ног незадачливого купальщика, песок утекает из-под ног, и новый вал стремится дожать человечишку, осмелившегося бросить вызов стихии. Возомнив себя Рембо, я в боксерской стойке легко пробиваю кулаком налетающие на меня волны, пока не получаю неплохой апперкот от разозлившегося Посейдона. Желание драться с морем улетучивается.

Море – живое!

...Впрочем, в затянувшемся лирическом отступлении чуть не забыл сказать, что купаться мы ездили подальше от города (10 км), на пустынный пляж в Витино, рядом с Национальным Космическим Центром.

О космонавтике:

Не все знают, что известный на всю страну Центр управления космическими полетами работал именно в Евпатории.

"Космические аппараты запускались с Плесецка и Байконура, но до конца 70-х годов все они управлялись из Евпатории. Этот выбор объясняется тем, что именно здесь, на западе Крыма, чистый, свободный от выступов рельефа горизонт, большое количество солнечных дней в году, редки серьезные перепады температуры, плюс другие благоприятные условия.

Вначале функционирование в городе ЦУПа являлось строгой государственной тайной. Репортажи из него начинались словами: "Говорит и показывает Москва..." Лишь в начале 70-х было признано существование "Центра дальней космической связи".

Именно здесь, на чистом курорте с "большим количеством солнечных дней", позиционированном как "всесоюзная детская здравница", были установлены "уникальные огромные антенны. Антенные системы имеют эффективную поверхность около 1000 кв.м. Излучаемая передатчиком мощность радиосигнала достигала 120 кВт, что позволило осуществлять радиосвязь на дальности до 300 млн.км. Таких радиотелескопов не было нигде в мире."

Сейчас ЦУП преимущественно молчит – не все гладко с украинской космонавтикой. И, в общем-то, слава Богу – мне не хотелось бы загорать под воздействием такого излучения.

О еде:

Понравился ресторан "Бювет" – симбиоз фаст-фуда и полноценного заведения с меню a la carte. Выбирай по вкусу! Рядом – открытые (очевидно, к 2500-летию) минеральные источники с бесплатной водой. Платишь только за стаканчики (10 украинских копеек, т.е. примерно 50 российских). Впрочем, никто не запретит придти со своей тарой.

"Бювет" предваряет вход в одну из аллей евпаторийского парка культуры и отдыха, "курзала" по-местному. Вечером парк превращается в центр культурной жизни курорта.

Однажды, откушав в ресторанчике (во мне сидело грамм 200 немировской горилки), мы с нашими евпаторийскими друзьями отправились на прогулку в парк.

Эпизод 1: Преступление и наказание

Люди, которых коробит от сильных выражений, просто трусы, пугающиеся настоящей жизни, и такие слабые люди наносят наибольший вред культуре и общественной морали. Они хотели бы превратить весь народ в сентиментальных людишек, онанистов псевдокультуры типа св. Алоиса. Монах Евстахий в своей книге рассказывает, что когда св. Алоис услышал, как один человек с шумом выпустил газы, он ударился в слезы, и только молитва его успокоила.

Такие типы на людях страшно негодуют, но с огромным удовольствием ходят по общественным уборным и читают непристойные надписи на стенках.

Ярослав Гашек "Похождения бравого солдата Швейка"

Мы гуляли по евпаторийском парку культуры и отдыха (имени Фрунзе), культурно отдыхая: катали детей на аттракционах, глазели на бесчисленные витрины со всякой сувенирно-туристической лабудой, уворачивались от велорикш, смотрели на девчонок, "на весенних девчонок и немного на парнееееей" (пардон, это не оттуда).

Дошли до конца аллеи. Она упиралась в море, и здесь, на узкой полоске пляжа, раскинули свои фетишистские атрибуты фотографы: можно прикинуться каким-нибудь мышцатым крутягой в окружении сногсшибательных фигуристых блондинок и запечатлеться в таком образе. Наверное, для того, чтобы по возвращении сказать коллегам: "Это я на работе такой паршивенький и плюгавенький, не то, что на отдыхе"...

Посмотрели, свернули на одну из многочисленных полутемных аллей, идущих вдоль моря. Прошли мимо бесконечной череды ресторанчиков, оглушающих окружающих безумным ревом динамиков с модной и не очень музыкой, углубились в темную украинскую ночь. И тут мне захотелось отлить.

Поотстав от спутников и выбрав абсолютно пустынный и достаточно темный уголок парка, я свершил задуманное. Оправившись, услышал оклик: "Эй, молодой человек, иди-ка сюда!". Мысли о бандитах не было, всплыла подсказка рыльского охранника о том, что не стоит таким бесстыдным образом безобразничать в Рыльском парке культуры и отдыха – менты отловят и оштрафуют. Подсказка всплыла в тему – действительно, менты. Две фигуры в черном выплывают из глубины парка. Видать, сидели в кустах, ждали своего клиента. Надеюсь, не забрызгал.

Догнали: "Вы нарушили статью такую-то такого-то кодекса Украины. Штраф 150 гривен". Предлагаю 10. Встречное предложение – ехать с ними составлять протокол. Соглашаюсь – 150 гривен составляет 825 рублей. Дороговато для окропления кустов.

Идем в еще большую глушь парка. Чувствую себя неуютно – откуда мне знать, что придет в голову местным борцам за правопорядок и высокую нравственность. Милиционеры бодро шагают впереди. Во мне пробуждается злость – я что, " тварь дрожащая"? Резко поворачиваюсь и даю деру. Я правда, не учел того, что в местный парк нужно идти после хорошей разминки, облачившись в спортивную одежду и смазав тело гусиным жиром. Несмотря на хороший старт и уверенный выигрыш в дистанции, падаю, споткнувшись о корни деревьев. Вскакиваю, немного потеряв ориентацию (да и водочка как-то очень не в тему бьет в мозжечок), и бегу не совсем туда, ощущая ноющую боль в колене. Выскакиваю на аллею в достаточном отдалении от того места, где расстался с семьей и друзьями – и тут же натыкаюсь на верных охранников правопорядка. Догнали...

На этот раз они, наученные пробежкой, уже забирают у меня документы (здесь я минуту колебался – кричать или нет, аллея полна отдыхающими, вдруг отобьют? Колебание стоило мне потери контроля над ситуацией), и мы опять идем "составлять протокол".

– А почему у Вас старый паспорт? – интересуется один милиционеров.
– А Вас почему это интересует? – удивляюсь я. (Тем более что паспорт совсем не старый, он заграничный).

Менты продолжают зудеть о том, какой я нехороший человек, и какая у них хорошая спортивная подготовка, угрожая мне в следующий раз применить спецсредства (интересно, какие, ведь оружия, дубинок, газа и наручников у них нет – все это я оценил при попытке бегства. Ребята явно на лоха рассчитывают, прячась в кустах. Вполне возможно, в свободное от работы время).

Прошу разрешения созвониться с семьей. Блюстители порядка не возражают. Появляются мои – жена с детьми и наши евпаторийские друзья. На такую толпу милиционеры явно не рассчитывали. Начинаются "переговоры". После длительной и крайне неприятной дискуссии наш друг пускает в ход весомый аргумент – он майор вооруженных сил Украины. На парней аргумент неожиданно подействовал, тем более что сами они при ближайшем рассмотрении оказались недостаточно трезвы.

Мне возвращают документы. Но настроение от отдыха категорически испорчено.

Вместо послесловия:

Для тех, кто считает, что я действительно нарушил закон и получил по заслугам, написан эпиграф. Там все сказано.

Тем, кто считает, что я "нечестно" выкрутился, скажу, что был абсолютно готов ехать с ними оформлять протокол. Пусть пишут. Денег платить не собирался. Моя жена полностью меня поддерживала. Возможно, если бы мы прошли все перипетии до конца, мой рассказ был более ярким. Но за неимением героической концовки описываю все как есть – страшно далек мой рассказ от концепций соцреализма.

Для чего я все это так подробно расписал? Не знаю. Описываю свои путешествия и приключения, почти ничего не скрывая и ни о чем не жалея. Обидно только, что моя младшая дочь после того события долгое время не хотела идти в парк, боясь... милиционеров. Да и нам больше не хотелось тратить свои деньги на развлечения в Евпатории. Крымом мы насытились и нескоро еще соберемся туда повторно.

В общем, ущерб, который нанесли Крыму два борца за чистоту, во много раз превзошел тот ущерб, который я нанес кустам в отдаленном уголке парка.

* * *

Попереживав и благополучно пережив события того злосчастного вечера, мы отправились на знакомство с Южным берегом Крыма.

В планах были Симферополь, Ливадия, Севастополь и что-нибудь еще на закуску. Решили начать с Ливадии, но по дороге заехать в

Симферополь

В путеводителях часто упоминается о скифском городище, Неаполе Скифском. Долго восторгался, когда увидел фотографии этого места (с неясными, впрочем, описаниями): после скифов сохранившихся построек не осталось, лишь курганы да произведения искусства (с которыми, кстати, более полно можно познакомиться в Эрмитаже, а не в Крыму).

Историческая справка:

Неаполь скифский (греч. Neapolis – новый город), древний город, одна из скифских царских крепостей в Крыму. Предположительно находится на юго-восточной окраине Симферополя, где на высоком плато расположено крупнейшее в Крыму скифское городище, центр государства поздних скифов.

Скифское золото. Бляшка с изображением скифа
Иллюстрация с сайта www.rubricon.com

Наибольшего расцвета город достиг во II в. до н.э., прекратил существование после нашествия готов в III в. н.э.

На городище раскопаны остатки оборонительной стены с башнями, остатки жилых и общественных зданий.

Неаполь. Деталь росписи склепа
Иллюстрация с сайта www.rubricon.com

В некрополе найдено свыше 200 погребений: вырубленные в скале богатые фамильные склепы и могилы простого люда. Роспись в одном из склепов изображает всадника, скифа с лирой, псовую охоту на кабана, в другом – скифа-лучника, танцующие фигуры и др.

Поиск этого городища – отдельная песня. Намотал кругов двадцать по старому Симферополю, пока его нашел... И что? Неухоженный пустырь, посередине которого квадратная в плане башенка. Внутри – отнюдь не древние надписи да металлические балки перекрытий. Разумеется, все загажено.

В общем, мои восторги оказались совершенно напрасными (и, более того, необоснованными): башенка была 70-х годов постройки. Причем XX века. Раскусил обманку Eeyore: воодушевившись моими находками, взобрался он на этот холм и встретил там человека, который и открыл глаза исследователям на историческую правду. «Причем с такой злостью, будто его самого в далекие студенческие годы заставляли выкладывать из камней эту башню», – поведал мне Eeyore.

Ливадия

Из Симферополя поехали в сторону Ялты.

В довоенном путеводителе «Курорты Южного берега Крыма» о Ливадии совсем коротенько:

«На живописных горных склонах растут мамонтовые деревья, пальмы, кипарисы, платаны, сосны… Территория Ливадии с парком, пересеченным многокилометровыми дорожками, занимает свыше 176 гектаров. В бывшей царской усадьбе, где, по образному выражению Маяковского, «Романов дулся с маркерами, шары ложа под свитское ржание», отдыхают трудящиеся со всех концов нашей великой Родины».

Собственно, именно царская усадьба, бывший "санаторный комбинат №1 имени И.В. Сталина" и был целью нашего визита. На вход – толпа неимоверная, причем вход только с экскурсиями… Да кому они нужны, эти экскурсии, по 40-градусной жаре?

Ожидание будет долгим – нас предупредили о том, что стоять не меньше часа, а то и все два. Испытывая негодование и раздражение – переться в такую даль ради царской дачки? – идем в музей восковых фигур, что занимает дворцовый флигель.

Конечно же, основа музея – две инсталляции. Одна посвящена пребыванию в Ливадии царской семьи,

вторая – Ялтинской конференции, определившей облик послевоенного мира. По сути, именно здесь и было принятое секретное решение о разделе сфер влияния. Именно после Ялты планета раскололась на «капиталистический мир» и «социалистический лагерь».

Вернулись обратно – очередь уже уменьшилась. Наконец прорвались во дворец – зря, что ли, мы убили целый день отпуска на эту экскурсию?

Тематика ее была предопределена теми же событиями: первый этаж про Ялтинскую конференцию 1945 года, второй этаж посвящен августейшей семье Романовых. Трогательно, признаюсь сразу. Аж слезу вышибает, каким все же хорошим мужем и отцом был Николай II. Кстати, первый крымский автотурист: интересные фотоматериалы на эту тему. Респект бы ему, да вот такую страну про…воронил!

И еще одна тема экскурсии – интерьеры Ливадийского дворца: Белый зал, Арабский дворик и, конечно же, бесспорная удача архитектора Краснова, Итальянский дворик. Он, действительно, получился настолько аутентичным, что многие кинематографисты снимали здесь лучшие сцены своих фильмов: «Собака на сене», «Анна Каренина», «Овод», «Отелло», «Двенадцатая ночь»…

Да, к сожалению, внутри снимать нельзя, поэтому фотография Итальянского дворика – скан с купленной в Ливадии чьей-то фотоработы.

Вышли из дворца. Еще одно напоминание о царской семье: в этой небольшой церкви, лишенной купола, приняла православное крещение Александра Федоровна, впоследствии великомученица российская.

Погрустили, немного погуляли по огромному парку – но так и не смогли добраться до пляжа.

К морю пришлось спускаться на машине. Купались между волнорезами – непривычно! Такое ощущение, будто плещешься в бетонном бассейне. В общем, евпаторийский песок милее.

Обратно в Евпаторию поехали по традиционному уже маршруту через Ялту – Симферополь.

Инкерман

Очередная познавательная вылазка из Евпатории предполагала знакомство с Севастополем. Дорога ничем примечательным не запомнилась – ехали, судя по всему, по знакам на Севастополь, по сторонам поля, степь, редкие холмы… Перед Севастополем – указатель на Инкерман. Давно уже хотели заглянуть, решили, что час настал.

Инкерман – северный пригород Севастополя, находится как раз на Симферопольском шоссе. Достопримечательности – справа от трассы. Прежде всего, это Инкерманский пещерный монастырь, что в нижней части Монастырской скалы, под развалинами древней крепости – ошибиться сложно.

Предполагается, что монастырь возник в VIII–IX веках. К XIX в. здесь было восемь церквей. Все они – и пещерные, и наземные – сообщались между собой и с территорией крепости ходами и лестницей, высеченными в скале. В 1907 году на скале в память о Крымской войне был построен храм святого Николая.

Инкерманский монастырь (после 1907 г.)
Репродукция с дореволюционной открытки продается в монастыре

Инкерманский скит существовал до 1926 года. Во время обороны Севастополя в 1941-42 годах наземные постройки монастыря были разрушены, уцелели лишь пещерные храмы. С 1991 года началось постепенное возрождение монастыря.

Над пещерным монастырем – полуразрушенные стены и башни, остатки крепости Каламита, сооружённой в XIV–XV вв. (первые укрепления возникли ещё в VII в.). Она принадлежала средневековому княжеству Феодоро. В 1475 г. крепость была захвачена турками и переименована в Инкерман (что, если верить справочникам, означает "пещерная крепость"). Действительно, в известняковых скалах вокруг Инкермана вырублено множество пещер – в давние времена в них в случае опасности укрывались обитатели здешних мест...

Севастополь

В центре Севастополя, на берегу Артиллерийской бухты расположен морской аквариум-музей. В Аквариуме представлено более 180 видов животных: беспозвоночные, черноморские и тропические рыбы и всегда завораживающие взгляд рептилии.

Очередь оказалось слишком длинной – на ее фоне коллекция морских животных показалась какой-то маленькой… Даже не уверен, что дети смогли насладиться видом рыб.

Поспешили на ужин в Графскую пристань.

После ужина направились на Малахов курган, сердце Севастополя. Музей был уже закрыт, но это не помешало ощутить сильнейшую ауру этого места.

Наблюдали закат над городом. Потом поехали к Сапун-горе. Оружие времен Второй Мировой, выставленное на площадках Сапун-горы, пришлось рассматривать в темноте. Фотографии, к сожалению, не получились.

В Евпаторию возвращались практически ночью все тем же маршрутом.

Эски-Кермен

– Снимите меня! Я отдам колбасу!

Ильф, Петров "Двенадцать стульев"

Название "пещерные города" не отражает истинное их происхождение, и некоторые ученые даже предлагают от него отказаться. Существовавшие в них наземные постройки разрушились; лучше всего сохранились искусственные пещерные сооружения, выглядящие очень эффектно на фоне руин, они-то и дали жизнь термину "пещерные города".

В давно уже идущих спорах о времени и обстоятельствах происхождения "пещерных городов" можно выделить две основные точки зрения. Одни исследователи видят в этих памятниках результат активной внешней политики Византийской империи, которая стремилась укрепить границы своей территории крепостями и укрепленными линиями. Время их строительства они определяют как V-XI вв. По другому мнению, города, села, замки и монастыри возникли в результате развития феодальных отношений в среде горно-крымского населения. Процесс этот развивался медленно и в основном закончился к Х-XI вв.

Среди "пещерных городов" преобладают небольшие феодальные крепости-замки: Балка, Тепе-Кермен, Кыз-Куле, Каламита, Сюренская крепость; сюда же относятся и монастыри – Успенский, Шулдан, Челтер. Лишь некоторые превратились в настоящие города: Мангуп, Чуфут-Кале, Эски-Кермен.

Путешествие в страну "пещерных городов" вознаграждают и любителей древностей, и любителей ландшафтов. Памятники разбросаны среди удивительной природы, которая здесь сосредоточила все, что поражает воображение – горы, леса, ущелья, головокружительные обрывы.

И. Русанов "Откройте Крым неповторимый"

Мы встретились с Eeyore и его семьей у развилки на Красный Мак (бывш. Биюк-Каралез) и направились в Эски-Кермен.

Из путеводителя в путеводитель кочует фраза следующего содержания:

Доехать до села Красный Мак (на юго-запад от Бахчисарая, по дороге на Севастополь), от памятника на автостанции повернуть направо. Через разрыв в скалах в Каралезскую долину вливается балка, по которой проложена грунтовая дорога.

Именно поэтому мы и поперлись по грунтовке, петляющей мимо балок, оврагов и свалок. Для водителя низкобрюхого "Пассата" езда по такой дороге – настоящее мучение. На самом деле до Эски-Кермена ведет если и не очень хорошо, то все же вполне асфальтированная дорога, по которой даже на "Пассате" можно проехать без излишнего стресса.

Дорога привела нас к воротам фермерского хозяйства. От них налево – и мы паркуемся на стоянке. К нам прытко подбегает мальчонка с переносным кассовым аппаратом в руках и собирает бакшиш за стоянку и посещение заповедника. Народу немного. Идем по тропинке.

"Храм трех всадников" высечен в отдельно стоящей глыбе известняка. Сохранившаяся на его стене фреска изображает трех святых: Феодора Стратилата, Георгия Победоносца и Дмитрия Салунского. Они – конные, отсюда и название храма. Он, к сожалению, был закрыт на амбарный замок, и фотографии фрески у меня не получилось.

Мы поднялись по тропе, резко восходящей в гору – и обомлели на много лет: настоящий город!

Разочарование наступило также внезапно – это были всего лишь картонные декорации к фильму. Киношники, очевидно, очень гордились ими, и, возомнив эту дешевую декорацию способной украсить творение рук человеческих, насчитывающее уже 1000 лет, оставили это на потребу невзыскательной публики.

 

Уважаемые туристы и экскурсоводы!

Отвечаем на ваши вопросы:

1. Это декорация к фильму "9 рота"

2. Фильм о войне в Афгане 80–89 г.

3. Все погибли 21:29 06.03.2010

4. Режиссер – Федор Бондарчук

5. В ролях – он же [неразборчиво], Говорухин, Кравченок, Лыков, Михалков мл., Евлахов

6. Бюджет фильма

Воды и пива нет!!

Мороженого тоже.

Горы, однако

Холодное шампанское, увы, кончилось!!!

Рассмотрим предложения

Все вокруг загажено. В пещерах остались кучи мешков с мусором. Впрочем, разочарование длилось недолго – стоило лишь попасть в настоящие пещеры!

"Судилище" – пещерный храм с крещальней.

Лабиринты подземелий и пещер.

Отец Федор уже ничего не слышал. Он очутился на ровной площадке, забраться на которую не удавалось до сих под ни одному человеку. Отцом Федором овладел тоскливый ужас. Он понял, что слезть вниз ему никак не удастся. Скала опускалась на шоссе перпендикулярно, и об обратном спуске нечего было и думать. Он посмотрел вниз. Там бесновался Остап, и на дне ущелья поблескивало золотое пенсне предводителя.

– Я отдам колбасу! – закричал отец Федор. – Снимите меня!

Фундаменты жилых наземных построек.

Пещерный город. 5 баллов!

Самый большой восторг вызывает длиннющая лестница, уходящая куда-то вниз: то ли к осадному колодцу, то ли к запасному выходу – разные источники по-разному трактуют ее назначение. Лестница вырублена в пещере, пещера в скале, ступени весьма сточены. Лезли мы по ним и лезли, периодически упираясь ногами в каменную стену, чтобы не сорваться вниз с головокружительной скоростью, пока ступени не стерлись совсем. Вниз, конечно, по ним спускаться можно очень легко, может быть, даже слишком легко... А вот наверх, боюсь, уже не подняться. Поэтому пришлось нам лезть наверх, так и не узнав, что же там, внизу, осадный ли колодец или просто запасной выход. В общем, лезли мы наверх и лезли, лезли и лезли... <Конец цикла>

По дороге назад произошла одна неприятность – забоявшуюся спускаться четырехлетнюю дочку пришлось нести на руках. "Поскользнулся, упал, потерял сознание, очнулся" – рука болит. Но ребенок не пострадал.

После Эски-Кремена пошли в храм Донаторов. Дорога живописна до восхищения – широкая лощина, здесь и там виднеются пещеры, а наверху – руины Кыз-Куле, девичьей башни. То ли донжон, то ли замок какого-то местного феодала.

А такой вот жучара забрался на руку моего сына прямо под скалой у храма Донаторов.
Фотографировал Eeyore

Путь в храм Донаторов (донатор – даритель по-латыни) весьма экстремален, особенно для дам в босоножках – подъем идет в крутую гору, лезть можно лишь цепляясь за стволы растущих на ней деревьев. Одно хорошо – деревьев там много.

Скала Череп.

Крест на скале. Под нами – пещерный храм.

Здесь, наверху, мы, не сговариваясь, замерли в молчании – настолько сильной оказалась аура этого места!

Эпизод 2: Тропический ливень

Время отпуска неумолимо близилось к концу. Пора было собираться в обратный путь. Стояли перед мучительным выбором – остаться еще на денек на море или наверстать упущенное в культурной программе по дороге в Крым – посмотреть на гоголевские места Полтавской губернии, выехав на день раньше. Но судьба самостоятельно сделала свой выбор.

Мы сняли квартиру на 10 дней. Вечером девятого дня хозяйка нашего временного пристанища сказала нам, что продлить проживание еще на день нам не удастся – квартира уже сдана на длительный срок следующим постояльцам. Тем лучше – дилеммой меньше. Решили провести последнюю ночь у родственников (а заодно и сэкономить 25 долларов). Вечером загрузили машину и поехали в местный супермаркет (теперь в Евпатории есть и такой, "Фуршет" называется) –  не с пустыми же руками идти в гости. Затарившись, поехали в новое жилище... и вдруг над Евпаторией разразилась буря. Как это часто бывает на юге, с неба лились такие потоки воды, что разглядеть что-либо за лобовым стеклом было решительно невозможно. С трудом рассмотрев на одном из перекрестков красный сигнал светофора, я остановился... и тронуться дальше уже не смог – что-то залил себе под капотом. То ли трамблер, то ли провода...

Удивило хамское сознание евпаторийских водил – чуть ли не матом орали на меня, безуспешно пытавшегося завести машину. Жлобы!

Посадил аккумулятор. Достаю трос, стою-голосую. Останавливаться никто не собирается, а дождь и не думает переставать. Насквозь вымок. Вижу, напротив останавливается такси, таксист идет в магазин. Поймал его, насилу уговорил отбуксировать.

Поехали к родственникам на веревке. Завестись на буксире удалось лишь при подъезде к их дому. Пока выгружали из машины то немногое, что требовалось нам для одной ночевки, машину не глушили, чтобы хоть сколько-нибудь зарядить аккумулятор.

Отогнав машину на охраняемую стоянку, вернулся домой с уже стучащими от холода зубами. Пришлось согреваться припасенной в качестве сувенира горилкой. Стало ясно, что стартовать рано утром не удастся.

Утром мы все же решили заглянуть в ремонт перед дальней дорогой. Мастер уверил меня, что заглох я по причине залитого водой трамблера, и чудесным образом изготовленный из пластиковой бутылки чехол для этого агрегата решит все мои проблемы. Не очень-то доверяя подобным самодельным приспособлениям, я все же решил для пущей надежности поменять провода, но, к сожалению, в автомагазинах Евпатории их почему-то не нашлось. Солнце между тем перевалило за полуденную отметку, и давно пора было уже двигать в сторону дома.

Вчерашний хмель уже выветрился, и можно было ехать назад.

Долгая дорога домой

Выехали из Евпатории в час дня. После вчерашней бури выдался удивительно тихий солнечный денек, было не так жарко, и дорога доставляла истинное удовольствие. Доехали до Раздольного, но на развилке не стали, как обычно, поворачивать на Красноперекопск, а поехали прямо в Джанкой, а оттуда по симферопольской трассе, чтобы иметь возможностью полностью сравнить легенду Tsn с нашей альтернативой через Новую Каховку. Скажу честно, "симферополька" разочаровала – такой поток сумасшедших курортников и тормознутых дачников, что обгон практически невозможен – то долго плетешься за каким-нибудь тормозом, который уверен, что 70 км/ч на трассе – это правильно, то с трудом уворачиваешься от гонщика с безумными глазами и московскими или днепропетровскими номерами. И вдоль всей дороги – гайцы, гайцы, гайцы... Это, впрочем, не мешает "ассам" неожиданно перепрыгивать через сплошную осевую... тут же попадаться ментам – и через некоторое время снова обгонять меня там, где это запрещено, опять попадаться гайцам, и опять нестись навстречу судьбе с выпученными глазами...

Так доехали до Запорожья. По совету того же Tsn заранее запаслись картонными коробочками, которые в сложенном виде ждали своего часа в багажнике. Затарились по самое не могу помидорчиками, перчиками, арбузами, дынями – и в нагрузку, поддавшись уговорам усатого продавца-запорижца, взяли литровую баночку меда, которую, практически не успев отъехать, тут же и разбили. Это уже, кстати, не первый случай – в позапрошлом году мы также, возвращаясь из крымского похода, купили на Псковщине мед – и также разбили его при выгрузке. Эх, не везет нам с медом!

Несколько раздосадованные, мы продолжили свой путь на север.

Самое большое удовольствие в поездке – знать, что никуда не торопишься. Не надо нервничать, дергаться из-за невозможности обгона, можно просто наслаждаться дорогой. И наматывание километров на колеса – это тоже хобби. Смотрю сейчас в атлас – диву даюсь, сколько мы уже проехали – а сколько еще предстоит проехать! Впрочем, я несколько отвлекся.

На днепропетровско-харьковские магистральные дороги мы выбрались уже к вечеру. Так и не разобрался с тем, как же построены эти автобаны – вроде, по всем признаком, надо ехать прямо, но знаки показывают, что нужно ехать куда-то направо. Нет, нет, со знаками все правильно, просто непонятно, почему нужно переходить с одного автобана на другой. Возможно, все дело в отсутствии достаточно подробной карты. Впрочем, короткие участки автобанов не должны излишне обольщать путешественника – они кончатся прежде, чем начнется удовольствие от езды по ним.

Здесь, кстати, столкнулся с неприятным эффектом недавно приобретенной мною жидкости для мытья стекол – она превращала свет фар встречных в какое-то мутное пятно. Не спасал даже разделительный отбойник. Да и фары моего "Пассата" как-то тускло светили. В общем, не смог в полной мере насладиться прелестью скоростной дороги и сильно устал. В Перещепино почувствовали, что дальше ехать нет сил – и как ни странно, тотчас же нашли гостиницу. Она, впрочем, оказалась редкостной халабудой с сортиром на улице и душем в коридоре, зато цена приятно порадовала.

Поужинали тут же, купив в ларьках напротив горячие хот-доги и пирожки.

Утром выехали из гостиницы, после поста в Перещепино свернули на Красноград и поехали в Полтаву.

Дорога Полтава-Харьков хороша, особенно после вчерашней под завязку забитой "симферопольки". Ближе к Полтаве превращается в автобан – лети – не хочу! Лететь, впрочем, не хочется – пасутся даишники.

Полтава

Крестовоздвиженский монастырь парит над Полтавой. Его невозможно не заметить – он возвышается на самом высоком холме города, приковывая к себе внимание позолотой куполов. Туда-то мы и направились в первую очередь.

Крестовоздвиженский монастырь на холме в центре Полтавы.

Отсюда, сказывают, Карл руководил шведским войском во время Полтавской битвы. Неудачно.

Музей Полтавской битвы находится в 9 километрах от центра города, в пригороде Яковцы, на ул. Шведская Могила, 34. Принимает посетителей с 10 до 18 часов. Выходной день – понедельник.

Крест на трассе Полтава – Диканька. От него и надо поворачивать к музею Полтавской биты.

Храм в память павших напротив музея Полтавской битвы.

Еще один поклонный крест.

Панорама Полтавской битвы.

Гордый русский и поверженный швед.

Диканька

Да, вот было и позабыл самое главное: как будете, господа, ехать ко мне, то прямехонько берите путь по столбовой дороге на Диканьку. Я нарочно и выставил ее на первом листке, чтобы скорее добрались до нашего хутора. Про Диканьку же, думаю, вы наслышались вдоволь. И то сказать, что там дом почище какого-нибудь пасичникова куреня. А про сад и говорить нечего: в Петербурге вашем, верно, не сыщете такого. Приехавши же в Диканьку, спросите только первого попавшегося навстречу мальчишку, пасущего в запачканной рубашке гусей: "А где живет пасичник Рудый Панько?" – "А вот там!" – скажет он, указавши пальцем, и, если хотите, доведет вас до самого хутора. Прошу, однако ж, не слишком закладывать назад руки и, как говорится, финтить, потому что дороги по хуторам нашим не так гладки, как перед вашими хоромами. Фома Григорьевич третьего году, приезжая из Диканьки, понаведался-таки в провал с новою таратайкою своею и гнедою кобылою, несмотря на то что сам правил и что сверх своих глаз надевал по временам еще покупные.

Николай Васильевич Гоголь "Вечера на хуторе близ Диканьки"

Из Полтавы поехали в Диканьку, 30 км по прямой, нам по пути.

Село это на слуху у каждого из нас благодаря бессмертному произведению Н.В. Гоголя, но "Вечерами" дело явно не ограничивается.

Прежде всего, Диканька была вотчиной Кочубеев, а один из них, Василий Леонтьевич, был героем пушкинской "Полтавы". При Кочубеях Диканька обрастает шикарным дворцово-парковым ансамблем, почти полностью погибшем в годы Гражданской войны. Единственное упоминание о былом величии – Триумфальная арка, парадный въезд в усадьбу, возведенная в память о посещении сих мест Александром I.

Еще один памятник минувшей эпохи – Троицкая церковь, та самая, что упоминается в "Ночи перед Рождеством":

"... еще больше похвалил преосвященный Вакулу, когда узнал, что он выдержал церковное покаяние и выкрасил даром весь левый крылос зеленою краскою с красными цветами. Это, однако ж, не все: на стене сбоку, когда войдешь в церковь, намалевал Вакула черта в аду, такого гадкого, что все плевали, когда проходили мимо; а бабы, как только расплакивалось у них на руках дитя, подносили его к картине и говорили: "Он бачь, яка кака намалевана!" – и дитя, удерживая слезенки, косилось на картину и жалось к груди своей матери."

Мы, правда, в церковь не попали и малевания Вакулы не видели.

Фотография куплена в музее.

Чтобы завершить обзор архитектурных достопримечательностей, упомяну также и Николаевскую церковь, построенную по проекту знаменитого столичного архитектора Львова.

Покатавшись по Диканьке в поисках упоминаний имени Гоголя, обнаружили лишь краеведческий музей с "локомобилем" (трактором на паровом двигателе) перед входом. В самом музее всего полно: о и флоре, и о фауне, и о древностях... Вот только о том, что сделало Диканьку знаменитой на весь мир, как-то мимоходом. Жаль!

В некотором недоумении едем в Великие Сорочинцы.

Великие Сорочинцы

Да, лет тридцать будет назад тому, когда дорога, верст за десять до местечка Сорочинец, кипела народом, поспешавшим со всех окрестных и дальних хуторов на ярмарку. С утра еще тянулись нескончаемою вереницею чумаки с солью и рыбою. Горы горшков, закутанных в сено, медленно двигались, кажется, скучая своим заключением и темнотою; местами только какая-нибудь расписанная ярко миска или макитра хвастливо выказывалась из высоко взгроможденного на возу плетня и привлекала умиленные взгляды поклонников роскоши. Много прохожих поглядывало с завистью на высокого гончара, владельца сих драгоценностей, который медленными шагами шел за своим товаром, заботливо окутывая глиняных своих щеголей и кокеток ненавистным для них сеном.

Николай Васильевич Гоголь "Сорочинская ярмарка"

Нам категорически повезло: в эти дни августа в Сорочинцах проходила та самая знаменитая Сорочинская ярмарка. Об этом мы знали еще при выезде из Евпатории и подчинили наш маршрут домой этому событию. И ни разу не пожалели!

Ярмарка в том виде, в каком существовала когда-то, кончилась, как и многое другое, в годы советской власти. И, конечно же, возрожденная ныне, она носит в себе очевидные элементы лубка, которые лишь острее заставляют почувствовать утрату. Но как бы то ни было, ощущение праздника все же есть: и гончары, и ткачи, и гарны дивчины с микрофонами – все создает нужный настрой, и вот уже мы втянуты в общую суматоху ярмарки, уже верим, что ряженый Гоголем имеет какое-то отношение к великим произведениям писателя, что все так и было когда-то... Даже предвыборные плакаты Януковича кажутся логичным антуражем на фоне происходящего.

Погуляли, купили аутентичную миску, вкусно и недорого пообедали. Осталось поставить точку в нашем знакомстве с гоголевскими местами: именно Сорочинцам суждено было стать родиной писателя: здесь, в доме врача Трохимовского появился на свет Николай Васильевич. Поехали в музей.

Сам дом Трохимовского сгорел во время войны, но в 1950-х был воссоздан. Музей вполне интересный, но после насыщенного событиями дня (Полтава, Диканька, Сорочинская ярмарка) запомнился мало.

Посетили музей, поехали дальше по гоголевским местам...

Миргород

Чудный город Миргород! Каких в нем нет строений! И под соломенною, и под очеретяною, даже под деревянною крышею; направо улица, налево улица, везде прекрасный плетень; по нем вьется хмель, на нем висят горшки, из-за него подсолнечник выказывает свою солнцеобразную голову, краснеет мак, мелькают толстые тыквы... Роскошь! Плетень всегда убран предметами, которые делают его еще более живописным: или напяленною плахтою, или сорочкою, или шароварами. В Миргороде нет ни воровства, ни мошенничества, и потому каждый вешает, что ему вздумается. Если будете подходить к площади, то, верно, на время остановитесь полюбоваться видом: на ней находится лужа, удивительная лужа! единственная, какую только вам удавалось когда видеть! Она занимает почти всю площадь. Прекрасная лужа! Домы и домики, которые издали можно принять за копны сена, обступивши вокруг, дивятся красоте ее.

Николай Васильевич Гоголь "Повесть о том, как поссорился Иван Иванович с Иваном Никифоровичем"

Заезд в город стоил нам изрядного крюка, ибо логичнее было бы вернуться на Полтавскую трассу и ехать к границе. Но на знаменитый Миргород мне непременно хотелось взглянуть краешком глаза. Так и получилось: проехали по городу какими-то задворками. Во всяком случае, ни лужи, ни плетня, ни вообще чего-нибудь интересного нам не удалось увидеть. День клонился к вечеру, солнце – к закату, а нас ждала российско-украинская граница. До нее, тем не менее, еще надо было доехать.

Из Миргорода мы взяли курс на Гадяч. Этот участок пути оказался самым мутным во всем нашем пути домой – даже сейчас, глядя на карту, я с удивлением обнаруживаю такие кренделя, выписанные нашими колесами по дорогам Украины, что диву даюсь – эк нас занесло!

Эпизод 3: "Прокати нас, Ванюша, на тракторе!"

Итак, мы проехали через центр Миргорода. Пользуясь тысячу раз испытанным при проездке таких городов способом, я проехал Миргород насквозь прямо, никуда не сворачивая, и выехал на дорогу. Если верить расположению солнца, мы ехали правильно – на север – северо-запад. Дорога была совершенно пустынна, узка, но замечательно укатана асфальтом. Причина такого высокого качества покрытия выясняется чуть позже – на одном из перекрестков висит указатель "Президентские охотничьи угодья". Что-то типа королевских лесов. Правильно ли мы едем – особенно не задумывались, лишь удивлялись полному отсутствию встречного и попутного транспорта. Такая пустынность, длившаяся с четверть часа, мало-помалу начала угнетать, и мы как-то неожиданно захотели уточнить у кого-нибудь дорогу. На счастье, нам навстречу попалась "Нива", вынырнувшая откуда-то с проселочной дороги. Я помигал фарами, притормозил, опустил стекло и высунул поднятую в приветствии руку в окно (обычно на такое обращение реагируют). Нива притормозила, поравнявшись со мной водительскими дверями. "А проеду ли я по этой дороге на Гадяч?" – поинтересовался я у сидевших в ней мужиков. "Нет, не проедешь. Надо бы обратно в Миргород, а оттуда по другой дороге ехать". Прощаемся, останавливаемся у обочины и думаем, как дальше быть. Понимаем, что мы едем по параллельной основной магистрали дороге, отмеченной на карте узенькой полоской. На ней выезд на Гадяч обозначен. Наконец, принимаем решение не слушать мужиков из "Нивы" и ехать по карте.

В общем, ехали по ней долго: какие-то расползшиеся вдоль дороги села с непугаными утками, гусями, коровами и лошадями, далеко не первой свежести асфальт (видать, президент не часто заезжает сюда по дороге из своих угодий), нависающие над машиной деревья – все это было бы замечательно, если бы у нас не было желания поскорее куда-нибудь приехать после насыщенного экскурсиями дня. Чего уж греха таить, безумно хотелось домой.

Долго ли коротко ли, выехали мы какими-то тропами в Камышню, слились с нормальной дорогой и, с облегчением вздохнув, притопили педальку. Поехали в Гадяч. Сложилось ощущение, что местные ни хрена не знают и дальше своей деревни носа не кажут. Но нам местные по барабану, если дорога на карте есть! Если нет – всегда можно с гордостью написать об ее отсутствии в конференцию автотуристов.

Гадяч близился, но вечер близился быстрее. Подсчитываем расстояние по карте, прикидываем, во сколько мы перейдем границу и когда, наконец, кинем свои косточки в рыльской гостинице. Пока получается вполне вменяемое время. Но верно говорил старик Конфуций – "мы строим планы лишь для того, чтобы смочь отказаться от них в будущем". От планов приехать в Рыльск до полуночи очень быстро пришлось отказаться: узенький мостик недалеко от Гадяча оказался напрочь заблокирован комбайном. У бедняги срезало все болты на ступице, и комбайн, тяжело ухнув, намертво прижал колесо своим весом. И это должно было произойти именно на узеньком мостике, именно перед нами! Бывает...

С двух сторон подъезжают машины, скапливается пробка. Комбайнер отсылает гонца в Гадяч за спецтехникой. Понимаем, что это надолго – нужно искать объездные пути. Смотрим карту, находим объезд – и видим, что местные дружно разворачиваются и едут обратно. Спрашиваю, где, мол, объезд? – "Езжай за нами через поле." – "!?!?" С моей низкой посадкой только по полям и ездить. Тем не менее, решаемся.

Долго ехали по полевым дорогам, навстречу нам ехала вереница таких же жертв застрявшего на мосту комбайна... Много адреналина в крови и пыли в легких.

Выехали, наконец, в Гадяч и взяли курс на Липовую Долину. Оттуда поехали в Сумы. Зачем поехали из Липовой Долины в Сумы, непонятно. Скорее всего, устали от "узких" украинских третьестепенных дорожек. Зато потратили лишний час времени (крюк 100 км). Надо было сразу ехать на Белополье!

Сумы в темноте прошли по знакам "Транзит". Ужас! Совершенно иные ощущения – Европой и не пахнет. Впрочем, выбирая в Петербурге транзитные дорожки, не ищите там Европу – не найдете. Те же Сумы!

* * *

Границу перешли, нарвавшись на ту же смену. Еще 50 рублей в минус. Зачем платил рублями, спрашивается? Так всегда – при выезде с Украины денег кот наплакал. Даже на возлюбленную мною горилку им. Немирова не хватает (к слову, она стоит там в 3 раза дешевле). По приезде всегда в кармане нестиранных джинсов найдется полсотни украинских гривень (5 бутылок Немирова).

В час ночи приехали в Рыльск, там и заночевали. Все стандартно, правда, ларек с пивом был закрыт, да курсанты с девчатами уже спали после любовных утех.

Эпизод 4: Сражение под Смоленском

– Жакоб, мы отсюда не уедем никогда, мы здесь погибнем. Я все понял, Жакоб! Все пришельцы в Россию будут гибнуть под Смоленском...

К/ф "Формула любви"

Утром просыпаемся в предвкушении быстрой встречи с домом. Грузимся, стартуем, едем в Брянск.

Прямая бетонка позволяет ехать быстро, притормаживая только на постах ДПС у поворотов на Навлю, Локоть и Севск. Я попался у поворота на Локоть. Мерили скорость на прямом участке трассы. Мне насчитали 124 км/ч, что было похоже на правду. Почему-то в протокол записали 105 км/ч, не взяв с меня денег, но промурыжив с полчаса. Наверное, это у них такая воспитательная мера воздействия.

В Брянске заплутали. Где-то час не могли вырваться из города.

От Брянска до Смоленска чуть меньше 250 км. Мы приближаемся к Смоленску. Время приближается к 6 вечера. До дома еще 750 км. "Опять приедем за полночь," – с досадой подумал я. И вдруг почувствовал, что нажатие на газ не приводит к желаемому результату – машина стремительно замедляется. Быстро оглядываю приборную панель – бензин в норме, лампочки не горят. Выжимаю сцепление – зажигается "масленка". Машина пока еще катится по инерции. Чтобы чуть-чуть сберечь заряд аккумулятора, несколько раз отпускаю сцепление, педалирую газ – бесполезно. Накатом съезжаю на обочину.

Мы на Смоленской объездной. Машин практически нет. Открываю капот. Визуально проверяю наличие всех ремней, мотора, аккумулятора – вроде все на месте. Долго кручу стартер. Аккумулятор постепенно садится. Всё... Крутить больше нечем – электричество кончилось.

Достаю трос, долго голосую – этот участок смоленской объездной явно не пользуется популярностью у водителей. Где-то через полчаса останавливается старый "Скорпион". В нем – два молодых человека с девушкой. Один из парней заглядывает под капот.

"Это бензонасос у тебя накрылся," – уверенно заявляет мне водитель. Столь же уверенно он берет меня на буксир и долго тащит в город. Мы договорились, что он отбуксирует меня на охраняемую стоянку, так как до завтрашнего утра я совершенно свободен – в субботу вечером в Смоленске вряд ли удастся найти работающее СТО или купить бензонасос.

Нас затаскивают на парковку недалеко от авторынка. От денег ребята категорически отказываются. Мы прощаемся, преисполненные благодарности.

Планы рушатся катастрофически. Сидим в машине, думаем, как дальше жить.

...Судьба и случай никогда не приходят на помощь к тому, кто заменяет дело жалобами и призывами. Дорогу осилит идущий; пусть в пути ослабнут и подогнутся его ноги – он должен ползти на руках и коленях, и тогда обязательно ночью вдали увидит он яркое пламя костров и, приблизившись, увидит купеческий караван, остановившийся на отдых, и караван этот непременно окажется попутным, и найдется свободный верблюд, на котором путник доедет туда, куда нужно... Сидящий же на дороге и предающийся отчаянию – сколь бы ни плакал он и ни жаловался – не возбудит сочувствия в бездушных камнях...

Леонид Соловьев "Повесть о Ходже Насреддине"

Принимаем решение проверить слова выручившего на водителя "Скорпиона" и самостоятельно убедиться в том, что магазины запчастей уже закрыты. Оставляю семью в машине на парковке и, разузнав как проехать до магазина общественным транспортом, еду искать бензонасос.

Заехал в магазин. Он еще работает, но запчастей для "Пассата" в нем нет. Получаю наводки, ловлю такси, продолжаю поиски. Объезжаем еще пару-тройку магазинов – все закрыто. Понимаю, что придется останавливаться до завтрашнего утра в гостинце. Таксист рекомендует "Патриот".

Возвращаемся на парковку. Семья расстроена внезапно рухнувшими планами – дети уже давно мечтают проснуться в своей кровати, жене надо готовить их к новому учебному году. В общем, все складывается прескверно.

Величайшими усилиями убеждаю жену и детей в необходимости ночевать в Смоленске – запчасти и станции до завтрашнего дня отдыхают, запасного бензонасоса у меня нет. (Меня так поразила уверенность водителя "Скорпиона" в том, что, действительно, накрылся бензонасос, что я ни минуты не сомневался в этом мрачном диагнозе).

Берем самое необходимое, ловим тачку, едем в гостиницу. Машина затонирована в ноль, как и многие другие такси в Смоленске. Поражаюсь, как можно передвигаться по городу с такой видимостью – тонировка настолько мешает обзору, что я судорожно держусь за ручку на пассажирской двери.

Останавливаемся в гостинице "Патриот". Невысокая цена – и отсутствие горячей воды. Говорят, ее нет во всем городе – летние теплоиспытания. Несмотря на установленные проточные водонагреватели, воду вряд ли удается нагреть хотя бы 10 градусов. Ужас! Не знаю уж, из каких артезианских скважин ее берут. В остальном все шикарно – двухкомнатный полулюкс, дети с комфортом размещаются на раскладывающемся диване, мы с женой – на кроватях.

Утром бегу ловить такси и начинаю печальный объезд магазинов автозапчастей. Бензонасосов к "Пассату" нигде нет. В одном месте, наконец, нахожу восстановленные. Две тысячи рублей за штуку. Некисло! Правда, их на "Пассат" аж два разных, и это меня выручает – позже, на СТО, выясняется, что бензонасос здесь совершенно не причем. Прошу продавщицу отложить их для меня на часик, таксист везет меня на станцию. Обо всем договариваемся с мастерами. Но теперь возникает новая проблема – запасы наличности существенно уменьшились из-за неплановой ночевке в Смоленске. Надо искать банкомат. Едем с таксистом снимать деньги, затем обратно на парковку, цепляем машину, на буксире возвращаемся на сервис.

Таксист сам снимает свой аккумулятор, ставит его на место моего севшего. Из высоковольтных проводов валится сноп искр. Вот так-то! Хотел же поменять их в Евпатории!

Таксист – просто отличный парень! Дожидается, пока будет поставлен диагноз – смогу ли я самостоятельно уехать со станции, и, убедившись, что провода находятся, забирает свой аккумулятор и мы прощаемся. За полдня катания меня по городу, буксировку автомобиля и любезное отношение он запрашивает с меня 300 рублей. Оч-чень приятно! Чаевыми я его, разумеется, не обделил.

Заменой перегоревших проводов, к несчастью, не удается обойтись – почти рассыпался трамблер. Новых в магазине нет, но мастер берется собрать новый из трех старых. Приходится повозиться. В это время на СТО на веревке приезжает "БМВ" с питерскими номерами. У товарища накрылась коробка-автомат, и его отбуксировал специально приглашенный из Смоленска тесть. Вот у кого действительно проблемы!

Наконец, трамблер собран, провода заменены, аккумулятор заряжен. На часах – 4 часа времени. Опять-таки не удастся вернуть в Питер раньше полуночи.

Возвращаюсь в гостиницу – своим ходом, ура! – быстро обедаем, кидаем вещи в машину и снова пытаемся вернуться домой. Проезжая через центр Смоленска, делаем несколько фотографий – зря, что ли , провели мы целый день в этом городе?

Успенский собор на Соборной горе.

Возведен в память о героической обороне Смоленска в 1609–1611 гг.

Улица города.

Памятник Кутузову.

Оставшийся путь прошел почти без приключений, если не считать внезапной попытки уехать на Новоржев вместо Великих Лук. Домой мы все-таки приехали. Чуть позже полуночи.

 

Приложения к отчету:

Листок штурмана: подробности маршрута, хронометраж движения и привалы

Полезности:

Петербург – Крым. Варианты маршрутов.

Москва – Крым. Варианты маршрутов.

Полезная информация для поездки на Украину на сайте Антона Дыбова.

Еще по теме:

- великое путешествие по Украине в 2011 г.

- путешествие в Крым через Белоруссию в 2002 г.

- путешествие в Крым через Анапу в 1998 г.

 

 
Назад Яндекс.Метрика

К содержанию